– Благодарю вас. – При этом на его лице не было улыбки, ей показалось, что он прочел ее мысли и отнюдь не удивлен. – Поскольку мне предстоит отметить праздник вместе с вами, я бы хотел просить вас называть меня просто Танос.

– Танос… – повторила она вслед за ним, чуть склонив набок голову. – Имя довольно необычное и очень красивое…

Инстинкт где-то в глубине ее существа подсказывал ей, что она ведет опасную игру, открыто поддразнивая человека, чей зрелый опыт намного превосходит все то, что умеет и знает она. Но в семнадцать лет она была слишком юной и беспечной, чтобы осознать, насколько привлекало ее невинное кокетство этого красивого грека, поощрявшего своим заинтересованным вниманием девушки.

Она словно проверяла недавно пробудившуюся в ней чувственность на этом бывалом и зрелом человеке. Какой же глупой, какой наивной девочкой была она, когда смеялась, глядя в его спокойное лицо своими веселыми, с прыгающими в них чертиками глазами.

– Но мне кажется, я предпочла бы называть вас иначе, каким-нибудь особенным именем, которым могли бы пользоваться только я и вы…

В ответ он лишь медленно приподнял бровь и посмотрел на нее тем оценивающим взглядом, который привнес беспокойную напряженность в эту уютную комнату. Посчитав за согласие его молчание, Сапфира заявила:

– В таком случае это будет Тэйн. Я буду называть вас Тэйн!

Тогда она не понимала, почему это имя так быстро пришло ей на ум. Позже, пораженная силой своего подсознания, она обратилась к словарю, где прочла: «Тот, кому дарована земля за храбрость и заслуги перед королем». «Человек, стоящий на социальной лестнице где-то между простыми гражданами и родовитой знатью».

Тэйн. Повелитель… властелин… господин.

Усилием воли она отогнала от себя мысли о прошлом. Вилла Анцромеда была построена на склоне холма в окрестностях Кефины, небольшого городка неподалеку от Афин, через застекленные двери виллы виднелись спускающиеся террасами сады, внизу соседствующие с участками мелких арендаторов.