– А я намеревалась на мои, – добавила Пенелопа, поворачиваясь, чтобы снова посмотреть сквозь изгородь, – купить ту чудесную кобылку, которую папа отказался мне подарить.

– Я… я могла бы, вероятно, отказаться от пари, – вставила Джорджина. Ее явно сильно беспокоило что-то большее, чем деньги. – Я не думаю… – начала она, но Пенелопа нетерпеливо вскричала:

– Мистер Торнтон направляется к нам, и он один! У нас не будет лучшей возможности попытаться привлечь его внимание, чем сейчас, если он не повернет в другую сторону.

Неожиданно это невероятное пари показалось недозволенной игрой, и Элизабет засмеялась:

– В таком случае я даю задание Валери вызвать его интерес, так как это ее идея, и она особенно им восхищается.

– Нет, мы назначаем тебя, – заявила Валери самым решительным тоном.

– Меня? Почему это должна быть я?

– Потому что ты единственная, кто получил уже четырнадцать предложений, и совершенно очевидно, что наверняка тебе это удастся. Кроме того, – добавила она, когда Элизабет запротестовала, – на виконта Мондевейла не может не произвести впечатления, что этот Ян Торнтон, таинственный мужчина старше его, которого напрасно обхаживала Мэри Джейм Моррисон, пригласил тебя танцевать и оказывал тебе особое внимание. Как только Мондевейл услышит об этом, то появится на поле боя в мгновение ока.

Согласно правилам высшего общества Элизабет никогда не позволяла себе показывать малейшую склонность к виконту, и она была поражена тем, что подруги догадались о ее тайных чувствах. Конечно, они не могли знать, что красивый молодой человек уже сделал ей предложение, которое почти было принято.

– Решай быстрее, он почти рядом, – взмолилась Пенелопа, сопровождаемая нервным смешком Джорджины.

– Ну, сделаешь? – настойчиво потребовала Валери, в то время как две ее подруги начали пятиться и повернули к дому.

Элизабет, выпившая свой первый глоток вина, которое ей предложили, когда она только вышла из дома в сад, колебалась.