— Да ради Бога, — засмеялась Вики. — Но врач меня заверил, что родится девочка.

Билл расхохотался.

Эд открыл дверь авто — Вики проскользнула внутрь — и повернулся, чтобы попрощаться с другом.

— Знаешь ли, — сказал он, — мы собираемся объявить о грядущем событии па семейной вечеринке у Айрин в честь Дня Независимости. Будет фейерверк, барбекю, не говоря уже о том, что пожалует вся честная компания. Айрин, Вики и я — это само собой, приедут также Кэт с мужем и мальчиком, которого они усыновили. Я слышал, что по такому случаю даже Стеф выберется к нам из Оклахома-Сити.

При упоминании имени Стеф Билла бросило в жар. Хорошо еще, что уже стемнело и Эд не увидел, как его друга заколотила нервная дрожь.

— Звучит заманчиво, — буркнул Билл, чтобы хоть как-то отреагировать на слова Эда.

— Почему бы и тебе не принять участия? — продолжал Эд, не замечая овладевших Биллом эмоций. — Я знаю, Айрин будет рада тебя видеть.

Предложение соблазнительное, особенно если учесть, как часто за все эти годы он мечтал вновь встретиться со Стефани Гринуэй.

Интересно, сильно ли Стеф изменилась? — спросил он себя. Или она по-прежнему такая, какой осталась в его памяти, — темноволосая, хрупкая, словно статуэтка, потрясающе соблазнительная в своей невинности, подобная изысканному тропическому цветку. Магнолия на рассвете. Да, именно такой она запомнилась Биллу.

— Ну, как? Приедешь? Чем больше народу, тем веселее, — нетерпеливый голос Эда вернул Билла на землю.

Со всей деликатностью, на какую только был способен, Билл постарался объяснить свой отказ.

— Спасибо, конечно. Но, понимаешь ли, на День Независимости ко мне должен приехать сын, и я думаю отправиться с ним на рыбалку к Дальнему озеру.

— Звучит не менее заманчиво. Мне пока трудно представить, насколько это здорово, но, — он ласково посмотрел на Вики, — думаю, когда-нибудь и я смогу вкусить такое же удовольствие.

Билл улыбнулся, подумав о своем сыне: