— На ближайшие часы никаких. Я только хотела бы сегодня попасть в Нью-Йорк и провести ночь в одном из отелей Манхэттена. Значит, у меня есть время заглянуть к тебе в отделение и проверить, как чувствует себя наша пациентка.

— Это не обязательно, Кэтлин!

Что происходит? Ведь они вместе вышли из операционной, чтобы, как предполагала Кэтлин, подняться в реанимационную. Сейчас же оказалось, что их совместный путь гораздо короче — не далее темного коридора, примыкавшего к комнате для переодевания. Подобное поведение Патрика выглядело странным. Похоже, он старается отделаться от нее, похвалив для отвода глаз. Итак, счастливого пути, Кэтлин!

Какую цель преследовал Патрик? Не хотел разделить с ней славу победителя?

Это было совершенно не похоже на Патрика Фалконера, каким Кэтлин его знала. Знала раньше…

— Мне необходимо ее видеть! — возразила она. — Как ты помнишь, она была почти при смерти. Узнать, каково сейчас ее состояние, мой долг!

— Тогда почему бы тебе одной не подняться наверх? Видишь ли, мне необходимо переодеться. Если же мы там не встретимся, то позволь пожелать тебе приятного путешествия.

Вот это был тот Патрик, которого она знала!

— Спасибо! — улыбнулась Кэтлин. — Я так и сделаю. Увидимся через неделю.

Увидимся… Увидимся… Поднимаясь в реанимационную, Кэтлин машинально повторяла это слово. Да, через несколько минут она увидит их пациентку. С благословения Патрика… Но на самом деле Кэтлин больше всего хотела видеть не потерпевшую, а самого Патрика…

Пищевое отравление. Так он сказал… Брюссельской капустой. Так он пошутил…

Но ведь Патрик выглядел не менее бледным и четыре недели назад, когда приехал в Лос-Анджелес. Пожалуй, был даже бледнее. Кэтлин никогда его таким не видела. Очень бледным… И все же здоровым. И сильным…

Впрочем, может быть все не так уж страшно и легко объяснимо? Ведь зима на восточном побережье в этом году выдалась такой суровой, что даже у самых рьяных спортсменов не хватало сил с ней бороться. В результате участились несчастные случаи. Потому-то Патрик Фалконер, совместив в одном лице хирурга-травматолога и кардиолога, проводил все свое время в операционной, тщательно следя за тем, чтобы не затупились скальпели для операций, которые ему предстояло делать в том и другом качестве.