Но Кэтлин ошибалась. Патрик не был так бледен четыре недели назад и даже четырьмя днями ранее, когда она видела его в последний раз. Сейчас он казался почти прозрачным. Совсем недавно в нем не было этого грозного предвестника смерти…

Что же произошло? Почему кожа Патрика стала такой бледной?

Ответ на этот вопрос напрашивался один: потеря крови. Причем очень большая.

— О, Патрик! — прошептала Кэтлин, с волнением вспоминая недавнюю встречу с ним.

Тогда их дороги пересеклись на лестничной площадке перед лифтом. Наверх они поднялись вместе. Получилось так, что Кэтлин вроде бы первой подошла к Патрику. Но он почему-то ждал лифта, хотя подняться по лестнице на три этажа для него никогда не было проблемой. При желании Патрик легко взбегал на четвертый, пятый, шестой и даже выше.

Впрочем, за исключением случаев, когда надо было доставить в операционную пациента, Кэтлин тоже никогда не пользовалась лифтом. Как и Патрику, ей не представляло особого труда подняться пешком на любой этаж.

Оба были здоровыми и сильными. И не могли быть иными. Поскольку выбрали себе профессию воинов в безжалостной битве со смертью.

Сегодня после операции Кэтлин пришлось сбежать по ступенькам на два пролета вниз, чтобы попасть на лестничную площадку, где стоял Патрик. Услышав приближающийся стук ее каблучков, он отступил в темный угол, не желая, чтобы она заметила его состояние и, не дай Бог, не принялась расспрашивать.

Но Кэтлин уже все увидела. Его бледная кожа блестела в темноте.

…Когда Кэтлин несколько минут назад сказала ему, что они увидятся через неделю, на лице Патрика появилось такое страдающее выражение, что у нее оборвалось сердце. В темноте коридора друг, старший мудрый брат Кэтлин, прощался с ней…