Мики закрыла рот руками, когда до нее дошло, что это значит. Он женат! Женат на Стейси, единственной, с кем Мики говорила на играх, на Стейси, через которую она передавала свои указания Конскому Хвосту. Они — семья. А она его целовала.

Мики в ярости схватила солнечные очки, прыгнула на скамью за своей спиной и дальше — со скамьи на скамью. Господи, да этому маленькому стадиону, кажется, не видно конца! Отсюда скоро не выберешься!

Джек удивленно смотрел, как она удалялась. Внезапно поняв, что привело ее в такое смятение и почему в глазах ее отразился ужас, он бросился вслед за ней.

Погоди, Тренер!

Его преимуществом были длинные ноги, но ее гнал сам дьявол.

Мы в разводе, Тренер! Я не женат! — орал он, а она тем временем уже добежала до верха лестницы.

Он несся за нею по бетонным ступенькам, но, будучи уже на расстоянии вытянутой руки от нее, вдруг споткнулся и грохнулся наземь.

Джек! — Мики наклонилась над ним.

Ты знаешь мое имя! — удивился он, сморщившись от боли. Он увидел ее встревоженные глаза сквозь солнечные очки, которые она снова нацепила, чтобы освободить руки.

у, конечно же, я знаю твое имя, — сказала она ворчливо. — Я торчала на трибунах несколько недель! Как же мне не знать твое имя? Что у тебя болит?

Правая лодыжка.

Возле них оказался Скотт, первый игрок. Он опустился возле Джека на колени.

Не уходи, — попросил ее Джек. — Мне нужно с тобой поговорить!

Тебе больно?

Пожалуйста! Ты все не так поняла!

Как ты? — спросил Скотт, умело ощупывая ногу Джека.

Уходи, — попросил его Джек. — Мне надо поговорить с Тренером!

Это может быть перелом, дружище! Тебя надо отвезти в госпиталь.

Несколько минут ничего не изменят. Отойди, Скотт. Тренер?

Она склонилась над ним с очень серьезным выражением лица.