После игры, Мики около часа сидела здесь, глядя на потемневшее небо раннего августа и размышляя, как ей быть в понедельник. Вообще то она не желала бы заводить знакомства. Это могло повлечь за собой чье-то вмешательство в ее жизнь именно тогда, когда ей впервые так хотелось самой быть в ответе за свою жизнь.

Она многого лишилась, и теперь ей нужно было дать волю своему горю, прежде чем пуститься в трудные поиски пути самопрощения и самооправдания.

Закрыв глаза, она прислонила голову к оконной раме и представила себе высокого смуглого человека с конским хвостом, выдававшим в нем бунтаря. Он не казался ей ни привлекательным, ни желанным, ни интересным; но он восстал, когда она попыталась его тиранить, и это ее заинтриговало.

Она не хотела сближаться с ним и мучительно искала способ остановить ею же запущенный механизм.

Глава вторая

Его гордость задета! Он честно признавался в этом самому себе. Джек снова взглянул на часы и нахмурился. Десять минут седьмого. Кое-что он понял уже из минутного общения с ней. Она порывиста. Искренне хочет помочь ему отточить свое мастерство. Но, что нравилось ему больше всего — похоже, она чувствует к нему неосознанное влечение!

За последние несколько дней ее явный интерес к его персоне начинал ему льстить. Но теперь — в шесть часов одиннадцать минут — он понял, насколько был не прав. Джек отряхнул воображаемые пылинки со своих обычных серых бейсбольных штанов из полиэстера, чувствуя, что теряет терпение. Он потратил столько времени и денег, чтобы приготовиться к занятиям, а она имеет наглость не явиться? Он взял горстку песка и потер его между пальцами, мучаясь вопросом, сколько же ему еще ждать.