Белла застыла, беспомощно прижав пальцы к губам. Что ей оставалось делать?

А Габриель опустился на колени возле кровати сына, медленно протянул руку и тихо погладил мальчика по тугой щечке, так ласково, что тот даже не пошевелился.

Белла взглянула на Габриеля, и сердце стеснилось у нее в груди: такой любовью осветилось вдруг его суровое лицо! Его глаза восторженно горели, когда он с обожанием разглядывал ребенка.

Четыре года Тоби всецело принадлежал ей и ее родным, подумала Белла. Но эти времена прошли…

— Мне надо выпить, — решительно заявил Габриель, входя в гостиную, где его поджидала Белла.

Не дожидаясь ее ответа, он подошел к мини-бару, достал бутылочку виски и вылил содержимое в стакан.

— Итак, Изабелла, — произнес он, выпив залпом виски. — Как нам решить проблему?

— Какую проблему? — приняв воинственную позу, переспросила она.

Губы Габриеля сжались в тонкую линию.

— Проблема в том, что Тоби имеет право знать обоих родителей!

У Беллы перехватило горло, но она мужественно продолжила разговор:

— Как я уже тебе объяснила…

— Ты лишила меня права знать о рождении ребенка. Ты, видите ли, решила, что я переспал с тобой из чувства ревности и мести, желая забыть бывшую подружку и досадить ей, — припомнил он предъявленные ему Беллой обвинения. — Ничего подобного я не испытывал той ночью, Изабелла, — добавил он. — Ни о чем подобном не думал в день аварии.

— Ты сам упомянул об этом, — с трудом выговорила Белла, облизывая пересохшие губы.

— Трудно забыть о бредовых заявлениях Джанни, — огрызнулся Габриель. — Официальное расследование доказало мою невиновность. Но, быть может, тебе хочется верить в то, что я намеренно подстроил катастрофу, в которой погибли два человека? Это злые домыслы истеричной женщины, которая воспользовалась тем, что я не мог сразу опровергнуть обвинения, поскольку несколько дней находился без сознания.