– Я раскаиваюсь…

– Будешь раскаиваться потом, когда я расквитаюсь с тобой.

– Ч-что… ты имеешь в виду?

Его глаза горели, твердо очерченные губы были угрожающе сжаты.

– Я оплачу операцию своего племянника, но за это ты должна будешь лечь со мной в постель.

От испуга у нее глаза полезли на лоб.

– Ну нет! Я не могу.

– Прекрасно. – Лючио отступил от нее на шаг. – Заканчивай уборку и уходи.

Он был уже на полпути к двери, когда она опомнилась. Речь идет о Сэмми, не о ней.

– Лючио…

– Да? – Он со скучающим выражением повернулся к ней.

Не выдержав его взгляда, Анна опустила глаза. Ее плечи поникли, она чувствовала себя униженной.

– Я сделаю то, что ты просишь.

– Хорошо. – Он скрестил руки на груди. Можно было подумать, что речь идет о предстоящем ужине, а не о таком поворотном моменте в ее жизни, как возобновление прерванных отношений, которые могут закончиться для нее только новой болью. – Пойдем в гостиную и обсудим все.

Анна вышла вслед за ним из спальни. Какая ирония судьбы! Она только что застелила его постель, а теперь он хочет, чтобы она легла в нее… с ним.

Он пересек комнату и подошел к щедро уставленному бутылками бару.

– Выпьешь что-нибудь?

– Я не пью. – Больше не пью, хотелось ей добавить, но Анна промолчала. Последний раз она пила в компании его брата, и это послужило для нее уроком на всю жизнь.

Лючио налил в стаканы содовой и плеснул в свой немного виски.

Анна взяла стакан нетвердой рукой.

– Что это с тобой, cara – спросил насмешливо Лючио. – Неужели мысль о том, чтобы разделить со мной постель, расстроила тебя?

– Не могу сказать, что я с нетерпением жду этого.

У него хватило наглости засмеяться.

– Зато я жду с нетерпением, которого с лихвой хватит для обоих.

От внезапно вспыхнувшего желания Анне стало жарко.

– Это лишь проституция, – отрезала она.

– Не проституция, а компенсация, – поправил Лючио. – За прошлые грехи.