— За границу? Да ни за что! Как я вас тут всех одних оставлю! Даже не думай!

Господи, уже иду у Надьки на поводу! Всерьез обсуждаю интернетовское существо! Я ведь этого вообще не хотела!

— Надежда, пошутили, и хватит.

— А я совсем не шучу. Мама, да мне самой жутко интересно. Ну пожалуйста, согласись. Давай попробуем. А не захочется отвечать, не будешь. Тебя же никто не неволит.

Туши свечи! Надька загорелась! Теперь ее не остановишь, пока до венца меня не доведет! Ладно, пусть пробует. Дело-то наверняка безнадежное. Пусть даже кто и объявится, знакомиться никогда в жизни не пойду. Зато Надька поразвлечется. И я махнула рукой:

— Что с тобой сделаешь.

Глаза у дочери опять заблестели.

— Значит, согласна? Вот и умница. Бабулькину фотографию заодно поищи. Попытаемся ее тоже продать.

— Э нет, — на сей раз решительно запротестовала я. — Не спросив ее, пожалуйста, ничего не делай.

— Да ты что, мать! Наша авантюристка не откажется! Обеими руками «за» проголосует. Заодно проведем сравнительный анализ спроса на женский пол в разных возрастных категориях.

У меня закралось нехорошее подозрение, и я спросила:

— А ты случаем какую-нибудь курсовую на эту тему не пишешь?

Дочь развела руками:

— Увы, у нас такого предмета не было. Но самой мне страшно интересно. Что на двадцатилетних вовсю клюют, понятно. А вот насколько интересуются твоим и бабушкиным поколениями… Ой, мам, не терпится. Побежала к компьютеру, а ты мне прямо туда принеси что-нибудь пожевать.

Вот неугомонная. Боюсь, втянет она меня в какую-нибудь историю!

III

Час спустя дочь позвала меня: