И вовсе это несложно – с автоматической коробкой скоростей. Через час уже уверенно рулила по территории питомника и даже не забывала включать сигналы поворотов. Еще через полчаса кончился бензин.

Керочка нашла запасную канистру в багажнике. Полчаса потеряли в пробке из-за демонстрации стабилистов. Но за час до конца рабочего дня отчитались перед шефом в выполнении задания. Слава бежала впереди нас. Питомник факсом выразил благодарность институту за оперативную помощь, высокий профессионализм и прочая и прочая…

– Не наше это было дело, – честно сказала я.

– Ну, перепугались люди, перестраховались. Тебе помешает благодарность в личном деле? – утешила меня шеф. – Знакомых встретила?

– Не-ет…

Только сейчас вспомнила, что питомник просил прислать персонально меня.

На следующий день Ларма, внимательно глядя в глаза, долго и подробно расспрашивает о командировке. Под конец мне становится страшно. Зная ее ум…

– Лармочка, в чем дело?

– Вот – она бросает на стол пачку листов с грифом СЕКРЕТНО. – Ответ на твой запрос.

– Какой запрос?

– Забыла? Так и должно было случиться. Я восхищена тактическим отделом стабилистов. Срочная командировка, быстро и удачно выполненная работа должны были погасить интерес к идее – если это не идея фикс. Но ты успела передать дело мне.

Я и на самом деле забыла.

– Ты глубоко копнула и напугала стабилистов. Они решили тебя нейтрализовать. Это страшный документ, – продолжает Ларма. – Наступление на гражданские свободы. За что раньше штрафовали, можно будет получить "баранку". Но в то же время смягчается режим отсидки. Малые сроки – до трех "баранок" можно будет мотать на дому. По рассчетам стабилистов, каждая шестая женщина хоть раз в жизни будет осуждена.

Мне становится холодно. Не страшно, а именно холодно. То, что говорит Ларма, настолько ужасно, что рассудком не воспринимается.

– Что же делать? Ларма, об этом надо рассказать всему миру!