— Мы не все носим униформу.

— Тогда как я могу догадаться, что вы работаете законно?

Гарт инстинктивно удержался от прямого грубого ответа.

— Пожалуйста, поверьте мне на слово. Теперь, если позволите… — Он снова потянулся к ее сумке.

— Я не позволю вам меня «осчастливить». — Она схватила сумку, как только он прикоснулся к ней, и рванула ее на себя. Тимоти подошел сзади, как бы пытаясь ей помочь, но затем остановился, задумавшись, как надо поступить в соответствии с протоколом.

Гарт не выпустил сумку из рук. Он стоял так близко, что его обволокло лимонным запахом ее духов. Розовая блузка распахнулась на груди, когда она наклонилась, чтобы выхватить сумку, и он без усилий мог видеть ее грудь в глубине выреза. Прекрасно, значит, она не была полностью лишена сексуальной привлекательности. А белый льняной костюм подчеркивал тонкую талию и округлые бедра. Он напомнил себе, кто она и что написала.

Прищурив глаза, он пытался проникнуть сквозь барьер ее темных очков.

— Доктор Ньюберри, я был бы признателен вам, если бы вы позволили мне отнести багаж в ваш номер, — бесстрастно сказал он. — У нас сегодня днем, кажется, не хватает коридорных, и я бы почел за честь позаботиться о вас лично, — грубо польстил он, полагаясь на свое обаяние и удивляясь самому себе. Боз в большом долгу перед ним за это.

— Не сомневаюсь, что вам хотелось бы позаботиться обо мне «лично».

Он ощутил на лице ее теплое дыхание с запахом мяты. Представление о том, что он целует ее, прогнало всю злость.

— Я только предлагаю отнести ваш багаж, доктор Ньюберри, — сказал он.

— Вам меня не обмануть. Вы такой же, как все мужчины, которых я недавно встречала. — Она крепче ухватилась за ремень сумки. — Вы хотите, чтобы доктор Кейт стала последней дыркой на вашем ремне, стала очередной вашей победой.