– Почему ты думаешь, что это Игорь?

– Рубчики его, – сказал Бекасов с готовностью. – А только лучше бы ему туда не ходить, – сказал он. – Комар нонче злой. До третьего дня ровно еще ничего было, терпимо. А третьего дня, аккурат в полдень, прохожу мимо островка, дак это, лесу за комаром не видать. На веранду вышла, сильно припадая на ногу, Мариша.

– Что вы говорили про Игоря? – спросила она подозрительно.

– Ты не знаешь, он на болото пошел? – спросил Семен Никифорович.

– Что вы все за ним следите? – вспыхнула Мариша.

– А зря кипятишься, девка, – сказал Бекасов наставительно. – Семен Никифорович не напрасно беспокоится. Комара нонче много развелось на болоте.

– Ты бы сходил туда, Кузьмич,-сказал Семен Никифорович. – Мало ли что...

– На болото он пошел! – крикнула Мариша. – Вот увидите, он сейчас же вернется.

– Вчера он вернулся в десять, – заметил Семен Никифорович. – А сейчас уже половина первого. И почему он не взял ружье?

– Он с фотоаппаратом ходит, – сказала Мариша. – Он мне вчера рассказывал... я не совсем поняла... Что-то он там увидел на болоте. Он говорит, это связано с космосом, что-то там с Марсом...

Семен Никифорович невольно усмехнулся. Он знал, что зять увлекается историей космонавтики, и считал это пустой тратой времени.

– Я говорю, он это был, – сказал Бекасов. – Его рубчики.

Не прощаясь, он зашагал в лес.

– Так что там про Марс? – спросил Семен Никифорович рассеянно.

– Подожди, я тебе сейчас покажу. – Мариша, подпрыгивая, убежала в комнату и тут же вернулась с большим альбомом в руках.