Она что-то сказала по-русски официанту, и тот исчез. Саша продолжала делиться с Джоном своими утренними неприятностями, о его же делах не спрашивала ничего, как, впрочем, всегда. Все ее мысли были только о балете.

- У тебя сегодня вечером репетиция? - участливо спросил Джон.

Он был покладистым человеком и не возражал против того, что их отношения были подчинены ее работе. Он к этому привык. Его прежняя жена была писательницей;

Джон на протяжении семи лет проявлял чудеса терпения, пока она сочиняла истории, которые затем становились бестселлерами.

Он уважал ее как талантливую женщину и как друга, но в их союзе было мало от супружеской жизни. Для нее на первом месте была работа, а все остальное на втором, даже муж. Она была сложным человеком. Стоило ей взяться за очередную книгу, окружающий мир должен был замирать, а Джон - хранить покой супруги от возможных нарушителей.

Он хорошо выполнял свою роль, пока не устал от одиночества, которое стало его постоянным спутником. Единственными друзьями его жены были герои ее романов, каждый сюжет представлялся ей реальностью, с мужем она в процессе работы даже не говорила.

Работала она с восьми утра до полуночи ежедневно и спать ложилась вконец измотанная. Утром, за кофе, она с мужем тоже не говорила, потому что уже думала о следующей главе книги. Именно поэтому быть супругом Элоизы означало быть одиноким. Печаталась она под псевдонимом Элоиза Вартон, а когда не работала, либо пребывала в депрессии оттого, что не работает, либо совершала туры по городам Америки, рекламируя новый роман.

Перед тем как подать на развод, Джон подсчитал, что они говорили друг с другом всего около тридцати часов в год. Ему этого было недостаточно, чтобы чувствовать себя счастливым в браке. Элоиза любила его, но свою работу любила больше.

Джон даже не был уверен, насколько она сознает происходящее, когда покидал ее. Она была целиком погружена в работу над очередной книгой и отвечала лишь что-то невразумительное. Он попрощался и закрыл за собой дверь. Развод принес Джону большое облегчение, он обнаружил, что гораздо менее одинок без Элоизы, чем с ней: теперь можно было включать стереосистему, напевать, когда хочется, приглашать друзей, не требуя от них соблюдать тишину, встречаться с женщинами.