Он неторопливо отвернулся от двери и прочно облокотился о стойку. Смотри не перебери с нежными взглядами, напомнил он себе. Когда же этот чертов добрый доктор до нас доберется, если ему так приспичило лететь!

Пейдж толкнула тяжелую стеклянную дверь чартерной компании и, вступив в приятную прохладу, сняла очки. Ей понадобилась минута-другая, чтобы глаза освоились после ослепительного сверкания июльского солнца. Потом она с сомнением оглядела крошечную контору. Когда ее секретарю удалось заказать самолет, она так обрадовалась, что подробности выяснять не стала.

Осмотр привел ее в некоторое уныние. Карты, рекламы и календари почти сплошь покрывали стены. Видавший виды стол и пара не поддающихся описанию стульев помещались на половине, предназначенной для клиентов, а через стойку в пол человеческого роста теснилось в беспорядке разрозненное офисное оборудование.

В диспетчерской было два человека. Один стоял у стойки, другой, за стойкой, говорил по телефону.

Она прикинула, давно ли ждет человек у стойки. Взглянула на часы и решительно двинулась вперед, ожидая, что диспетчер, говорящий по телефону, ее заметит. Ей нужно было вылететь – и сейчас же.

– Вы кого-то ищете?

Пейдж повернула голову к человеку, рядом с которым оказалась. Вблизи он прямо-таки наводил страх. Даже не своими шестью футами роста, а скорее телосложением.

Он был необыкновенно широк в плечах, и его мускулистость подчеркивала рубашка-хаки с закатанными рукавами. Волосы как вороново крыло, высокие скулы и кирпичный загар выдавали индейскую кровь, что, впрочем, не редкость на Юго-Западе. А от его полнозвучного, раскатистого голоса у нее даже зазвенело в ушах. Она принудила себя посмотреть ему в глаза. Про таких говорят – матерый.

Какая силища! И по лицу никак не понять, о чем он думает.

Пейдж решила, что не стоит терять время – а вдруг он ей поможет?