Мягкий смешок ее брата донесся до нее. – Хммм… как сказать, пожалуй, это и правда я. Я пересек границу между поздно, как принято в свете, и чересчур поздно?

Лаура хихикнула сквозь слезы. – Как всегда.

- Ах, ну ты ведь простишь меня, - сказал Хейл и взбежал по ступенькам со своей привычной энергией. – Ты ждала меня? Черт, ты стоишь на улице в этом тонком платье! Сколько… - Он оборвался, взяв ее лицо своими затянутыми в перчатки руками и приподняв за подбородок. Слезы покатились из глаз Лауры, и она крепко стиснула его запястья. – Я рада, что ты здесь, Хейл, - выговорила она.

- Лаура, милая. – Взволнованный, Хейл прижал ее головой к своему шерстяному пальто. – О Боже, что произошло?

- Я не могу тебе сказать.

- О, ты можешь, и ты это сделаешь. Но не здесь. – Он взъерошил ей волосы, легкомысленно распустив ее шиньон. – Пойдем внутрь и поговорим.

Лаура покачала головой. – Люди… люди увидят…

- Мы обойдем вокруг дома и войдем через кухню. – Хейл стащил свое пальто и накинул его на ее узкие плечи. – Это как-то связано с Джейсоном, да?

Горло ее неприятно сжалось, и она кивнула. Не сказав больше ни слова, Хейл положил руку ей на талию и повел вниз по ступенькам, защищая от глаз кучеров и прохожих. К тому времени, как они достигли кухни, дверь которой выходила на задний двор, Лауру мучительно трясло. Тепло и свет кухни поглотили ее, но не прогнали ее оцепенения.

- Да ведь это же миссис Моран, - услышала она громкое восклицание экономки.

Хейл обворожительно улыбнулся старой женщине. Он вырос красивым и крепким мужчиной с зелеными глазами, густыми каштановыми волосами и такими же густыми усами. Его открытость очаровывала всех женщин. – Миссис Рамси, боюсь, у моей сестры приступ меланхолии, - сказал он. – Не могли бы вы как-то сообщить мистеру Морану – только осторожно – что она пошла спать?