— Как ты мог совершить подобную глупость?

— То есть ты хочешь сказать, что я поступил опрометчиво, тогда как ты благоразумно бросила работу и упорхнула из страны?

— Хорошо, хорошо, оставим это. Так мы ни до чего не договоримся. — Лесли сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. — Расскажи мне о своей новой работе, — попросила она, рассчитывая на передышку, дабы прийти в себя. — Ничего удивительного, я поражена. Что произошло? Ведь ты был так предан своей прежней фирме.

— Какое-то время да, — уклончиво ответил он. — Пока не понял, что мне все труднее становится совмещать интересы фирмы и мои собственные, а потому лучше заняться самостоятельной практикой.

— И это на самом деле оказалось лучше?

— Тебя интересует, достаточно ли я зарабатываю? — Он провел пальцем по горлышку бутылки с пивом. — Раньше тебя не интересовали мои доходы.

— Но это всегда было важно для тебя, — возразила она. — Так что я надеюсь, что дела идут неплохо.

Он помахал рукой, что должно было означать «так себе».

— Я не хочу на тебя давить, но думаю, ты понимаешь, насколько важно для меня продать дом. — Она отпила глоток, довольная тем, что ей удалось овладеть собой.

Его серые глаза сощурились.

— В чем дело? Помнится, ты уехала из Далласа с весьма солидной суммой, прихватив половину всех денег, что лежали у нас на текущем и сберегательном счетах. Что, уже успела все просадить?

«Черт бы его побрал!» Она резко поставила стакан на столик, расплескав часть джина на свои розовые брюки. Единственные выходные брюки! Просто тихий ужас какой-то! Ну, все, довольно миндальничать.

Промокая пятно салфеткой, она подняла глаза на Хью. По бумагам он, может, и муж ей, но у него нет никакого права допрашивать ее. Кроме того, ей самой было неловко даже думать о своем нынешнем положении, не то что рассказывать о нем Хью.