— С каких это пор желание, чтобы муж уделял тебе хоть капельку внимания, считается капризом? Ты называешь меня капризным ребенком только для того, чтобы уйти от прямого ответа. Но этот номер больше не пройдет. С тобой или без тебя, я уезжаю в Париж. — Она сняла узкое вечернее платье и бросила его туда, где стоял шкаф с ее вещами.

— Еще один ультиматум? — медленно протянул он, сидя на кровати и стаскивая с себя ботинки.

Весь этот год Лесли только и делала, что предъявляла ему один ультиматум за другим, однако ни разу не привела свои угрозы в исполнение. Можно понять поэтому, отчего Хью не принимал их всерьез, но ей просто необходимо заставить его понять, что все это — не пустые разговоры. Стоя в одном нижнем белье, руки в боки, она гневно смотрела на него сверху вниз:

— Имей в виду, Хью, я серьезно. Я больше не намерена ждать, когда в твоем расписании появится «окно» для меня. Это все равно, что ждать у моря погоды. Говорю тебе: с тобой или без тебя, но я уезжаю.

— В таком случае тебе придется ехать туда одной! — взорвался он. — Счастливого пути! — Он встал и направился в ванную.

Она схватила его за руку.

— Если я уеду, то уже не вернусь.

— Что за угроза, Лес? Ты ведь знаешь, на мне висит этот процесс…

— У тебя вечно какой-нибудь процесс! — Она отпустила его руку и отодвинулась.

— Не надо так, Лес, — мягко попросил он, но Лесли отступила еще дальше.

В ее карих глазах заблестели слезы.

— Ты не оставил мне выбора. У меня такое чувство, будто я теряю тебя.

— Не говори глупостей! Никого ты не теряешь. Неужели забыла о наших планах? — Он подошел к ней и нежно погладил по щеке.

Она откинула голову назад, и его пальцы замерли.

— Если все останется по-прежнему, у нас нет будущего. Разве ты сам этого не понимаешь? — умоляюще обратилась к нему Лесли.