Осуждение читалось в позах собравшихся. Молчание длилось и становилось все естественнее. Кэтрин растерянно смотрела на суровых хозяев, пытаясь держаться пред ними с достоинством. Или хотя бы не упасть в обморок. Последние дни она плакала без остановки, и сейчас чувствовала себя полностью истощенной, эмоционально и физически.
«Я ни в чем не виновата! За что вы ненавидите меня?» – восклицала она про себя. И слабое подобие гнева придало ей сил. Наконец, Кэтрин выделила для себя одного человека среди Карерасов. Красивая высокая женщина с длинными темными волосами смотрела на Кэтрин непредвзято. Сочувствующим ее взгляд назвать было нельзя. Скорее решительным. Но осуждения в ее пронзительных голубых глазах не было. И этого оказалось для Кэтрин достаточно, чтобы почувствовать от Райан Карерас поддержку. Была еще пожилая женщина с совершенно не комнатных размеров собакой на руках. Но выглядела она настолько отсутствующей, что приходилось сомневаться в ее адекватности.
«Наверное, она тоже убита горем!» – Подумала про себя гостья.
– Кэтрин Карерас!
Голос высокой голубоглазой брюнетки зазвучал столь внезапно, что молодая женщина вздрогнула, тут же старательно отгоняя от себя навязчивые образы зачитывания приговора на суде. Кэтрин уже подумала, что поспешила, определив незнакомку в число наименее грозных новоиспеченных родственников.
– Добро пожаловать в наш дом. Пройдем в часовню. Церемония начинается.