Кристабел внимательно посмотрела на Федерико, стараясь сохранять невозмутимый вид. Одному Богу известно, чем ей давалось это спокойствие.

– Я уверена, у Эндрю имеются и другие источники финансирования.

– Он уже все исчерпал.

– Откуда тебе это известно?

Впрочем, вопрос риторический, спохватилась Кристабел. Ведь семейство Персетти располагает большими возможностями и имеет обширные связи, да и сам Федерико довольно известен в международных финансовых кругах. Так что ему ничего не стоит получить любую интересующую его информацию.

Не имея достаточных средств, фильм может «зависнуть» и не выйти вовремя в прокат, что в свою очередь повлечет нешуточные финансовые потери. Кристабел отнюдь не радовало, что судьба фильма во многом зависела лично от нее. И особенно было неприятно, что Федерико все точно рассчитал.

– Если не принимать во внимание Эдвина Мэскота, в фильме не заняты актеры с громкими именами, так что кассовый успех под большим вопросом, – терпеливо и подробно разъяснял ей ситуацию Федерико. – Режиссер и продюсер отчаянно пытаются поддержать свое творческое реноме, взявшись за исторический фильм, но они явно просчитались – такие картины сейчас не особенно популярны.

Кристабел и сама прекрасно понимала, что отпущенные на фильм средства явно не были рассчитаны на бесконечные пересъемки и отсрочки, так что теперь ни один нормальный финансист не рискнет вкладывать средства в фильм.

Кристабел смерила Федерико испытующим взглядом.

– Это твое личное мнение.