Эшли усмехнулась:

— Вот я и жду, когда он сам мне это скажет.

— А когда возвращается Бланш? — спросила Дженнин.

— В среду, — ответила Эшли. Ее лицо сразу вытянулось.

Элламария помахала вилкой в воздухе.

— Выкинь ты эту Бланш из головы. Хотел бы Джулиан на ней жениться, так давно бы уже это сделал. Нет, он только о тебе мечтает, а ты все недотрогу из себя корчишь.

— Хорошенькая недотрога — пять ночей в неделю вместе, — покачала головой Кейт.

— Ты сама прекрасно понимаешь, что я имела в виду, — отмахнулась Элламария, подливая себе вина. — Сколько уже лет твоему Алексу? Семь?

— Да, — кивнула Эшли.

— Ну вот, — продолжила Элламария. — Пора бы тебе обзавестись семьей, пока он еще не вступил в переходный возраст.

Она говорила о сыне Эшли от ее раннего и неудавшегося брака.

— Или пока я сама еще не вышла из возраста, — с улыбкой добавила Эшли.

— К тому же Джулиан его обожает. Что тебя останавливает?

— Бланш.

— Ерунда! — фыркнула Элламария. — Ее здесь не было больше двух лет. Если бы она хоть что-то для него значила, он бы этого не потерпел. Нет, ему нужна ты. Выбери только подходящую минуту. Вы встречаетесь завтра, да?

Эшли кивнула.

— Вот и скажи ему. Это будет лучший подарок, какой он когда-либо получал на Рождество.

— А потом и свадебку отгрохаем, — мечтательно произнесла Кейт. — Эх, давненько я не плясала на свадьбах.

Когда, по-твоему, она состоится, Эшли?

— Может быть, на Пасху? — хихикнула Эшли. — Тебя устроит?

Роман Эшли с Джулианом Орбри-Нелмсом, президентом рекламной компании «Фрезер и Нелмс», в которой она занимала пост исполнительного директора, длился уже больше года; за это время ни один не признался другому в своих чувствах. Эшли была убеждена, что Джулиан к ней неравнодушен, может, даже влюблен, но он ни разу не проявил желания порвать свою затянувшуюся связь с Бланш Уэзерберн.