- С этого станется и в драку полезть, - предупреждали они.

Ицки аккуратно сложил письмо и вернул его в дипломат.

Снегопад крепчал. Неправдоподобно огромные снежинки ложились на землю. Ицки поймал одну на ладонь, посмотрел, как она тает, и побрел к машине. Под ногами похрустывало. Собственные следы, неожиданно маленькие и одинокие, создавали жутковатое впечатление. В стороне темнел сарай.

Ицки минутку постоял возле фургона. За сараем журчал ручей, обрамленный камнями и черной голой землей. Осторожно минуя сугробы, Ицки подобрался к источнику, присел на берегу и дотянулся до воды.

Продавец говорил, что Токива живет "на вершине". Это было не совсем так. Настоящая вершина находилась немного поодаль, оттуда и бежал ручей, достаточно холодный, чтобы обжечь пальцы. Сонный говорок воды наводил приятную грусть: давно уже Ицки не оставляли в одиночестве. Восемь лет прошло с тех пор, как он начал служить у Ямабэ. И за эти годы от сэнсея Ицки практически не отходил. Максимум на час, на два - выполнял задание и сразу же возвращался. Просто пойти погулять - об этом не могло быть и речи.

Ицки посидел в тишине, бездумно глядя на темную воду. И когда поднялся, мороз уже проник под пальто. Снег замел все следы. Внимательно глядя под ноги, Ицки вернулся к черному фургону, затем снова обернулся на дом. Старое здание служило Токиве мастерской и жильем. Подгнившие доски крыльца не оставляли иллюзий по поводу преклонного возраста особняка. Но это была "хорошая" ветхость - ветхость вещи, которую любят и часто используют. Окруженный горами и кипенно-белым снегом, дом смотрелся весьма живописно.

Впрочем, Ямабэ - Ицки знал наверняка - до этой красоты дела не было. Когда речь шла о недвижимости, сэнсея заботили лишь необходимые, по его мнению, факты: срок эксплуатации, имя да место. К тому же он, в отличие от ученика, предпочитал все новое, никем не тронутое - в этом таилась еще одна причина их разногласия.