Однако делать этого я не собирался. Когда она вернулась домой, я прошелся по улице и занял другую позицию, около прачечной. На этот раз я не курил и не двигался, только иногда смотрел на часы.

Около одиннадцати вечера свет в доме Немо погас. Примерно в полночь Гарри выскользнул на улицу. Он посмотрел по сторонам и пошел по улице в мою сторону, пройдя мимо меня футах в шести и не заметив. Шел он крадучись.

Пропустив его на довольно значительное расстояние вперед, я осторожно пошел за ним. Он вошел в освещенную дверь гаража и через некоторое время выехал оттуда на машине марки «шевроле» довоенного образца.

Я вошел в гараж, поговорил со служащим, дал ему денег и тоже выехал из гаража, но на машине марки «бьюик» довоенного образца. Это была неплохая машина, она все еще могла ехать со скоростью семьдесят пять миль в час. Она доказала это, как только я выехал на шоссе. Я подъехал к воротам темного ранчо Ника Немо как раз вовремя, чтобы увидеть фары машины Гарри, подъезжавшей к дому.

Погасив огни, я припарковался в сотне ярдов от въезда. «Шевроле» появилось через несколько минут. Гарри сидел за рулем. В машине больше никого не было. Я следовал за ним, не включая фар, до самого шоссе. Выехав на шоссе, включил фары и поехал за ним. Мы проехали через весь город.

В районе мотелей и гостиниц он свернул с шоссе и подъехал к вывеске, на которой неоновыми буквами было написано: «Стоянка трейлеров». Трейлеры стояли на берегу высохшего ручья. «Шевроле» остановился перед одним из них. В его окнах горел свет. Гарри вылез из машины. Под мышкой у него был пятнистый узел. Он постучал в дверь трейлера.

Я развернулся и стал ждать. Наконец «шевроле» выехал со стоянки и направился в сторону шоссе. Я не стал преследовать Гарри.

Оставив свою машину, я прошел по берегу ручья к освещенному трейлеру. Окна были зашторены. Рядом стоял вишневый кабриолет. Я постучал в алюминиевую дверь.

— Гарри? — спросил девичий голос. — Это опять ты.