Женщина у конца стойки бара благоухала дешевыми духами и пила «АкваНет». Она кого-то ждала — любовника. Рис почти ощущал вкус желания, исходящего от нее. Хотя Рис не мог сказать точно, относилась ли эта жажда к самому мужчине или к наркотикам, которые он должен был принести.

Четверо мужчин, игравших в пул, были друзьями и уже хорошенько набрались — они отмечали. Нет, вовсе не Сочельник, а то, что парень с мальчишеским лицом, за которым скрывалась абсолютно черная душа, только что вышел из тюрьмы. Его выпустили за хорошее поведение, и он подумывал, как бы свести на нет это свое достижение.

Тут были люди, которых можно найти в подобных убогих заведениях в канун рождества — люди без семей, без любимых и без жизни как таковой. Потерянные, алчные и жестокие.

А еще здесь сидел он. Мучимый голодом, который почти лишал его сил.

Он расправился с оставшимся скотчем и подал бармену знак повторить.

Выпивка приводила его в оцепенение. Спиртное не действовало на него как на обычных людей, но оно словно помогало ему отгородиться от всего. Оно притупляло его чувства и помогало ему продолжать жить, оставаясь тем, кто он есть. Но, в конечном счете, выпивка никогда не делала того, что ему было нужно. Она не успокаивала той невыносимой жажды — жажды, которая постоянно снедала его. Нет, лишь одно могло утолить ее, и даже тогда, этого хватало ненадолго. Лишь краткая передышка от того, что терзало его душу.

Он чуть не фыркнул. Его душу? Да, конечно, он же потерял ее давным-давно.

Подошел бармен со вторым стаканом. Рис сделал большой глоток и закрыл глаза, вдыхая запах дыма, когда у него по спине вдруг побежали мурашки.

Он подвинулся на табурете, пытаясь отыскать того, кому так внезапно удалось разогнать страшное облако безысходности, висевшее в зале.

Она стояла в дверях, казалось, каждому дюйму ее пяти футов роста не по себе. Миниатюрная женщина, похожая на эльфа, с темными волосами и огромными глазами. Даже в искажающем неоновом свете Рис видел, что они зеленые — абсолютно зеленые.