«Неужели вы все струсили? А вы, Линвуд? Будете продолжать, или я сорву банк?» Минерва судорожно вздохнула.

— Это был неприкрытый вызов, — рассказывал брат, — и я должен был или принять его, или выставить себя полным идиотом.

— И ты… проиграл!

Минерва не сразу поняла, произнесла ли она эти слова вслух или просто подумала.

— Я открыл трех королей, — говорил в это время Тони, — и на мгновение мне показалось, что выигрыш за мной.

— А граф?

— У него оказалось три туза! Разве можно было ожидать такого?

Он изо всех сил ударил кулаком по серому камню возле оконной рамы, словно желая причинить себе боль.

— Три туза! — воскликнул он. — И я проиграл две тысячи фунтов, которых у меня нет!

— И что же ты… сделал? Что… что ты мог сказать? — в отчаянии спросила Минерва.

— Игра закончилась, мы встали из-за стола, а я был слишком потрясен, чтобы говорить, — ответил Тони. — Наверное, я выглядел ошеломленным, потому что граф подошел ко мне и сказал:

«Не повезло вам, Линвуд. Ну ничего, не торопитесь — у вас месяц, как всегда».

— Что он имел в виду? — не поняла Минерва.

— Он хотел сказать, что через месяц я должен отдать ему две тысячи фунтов, — объяснил Тони. — Две тысячи! Ты не хуже меня знаешь, что для нас достать две тысячи фунтов все равно что достать луну с неба!

Чувствуя, что ноги отказываются держать ее, Минерва опустилась на ближайший стул.

— Что же ты… сможешь сделать? — испуганно спросила она.

— Об этом я и хотел тебя спросить, — ответил Тони. — Где нам взять две тысячи фунтов? Сомневаюсь, чтобы я мог наскрести хотя бы две сотни!

— Наверное… — нерешительно начала Минерва, — ты не можешь сказать графу, что не в состоянии заплатить ему?

— Ты не хуже меня знаешь, что карточный долг — это долг чести, — устало ответил ей Тони. — Единственный способ избавиться от него — умереть.