— Я понимаю, как тебе было трудно, — мягко стала утешать его Минерва. — На самом деле во всем виноват граф. Он не имел права втягивать тебя в игру и должен был знать, что ты не можешь себе этого позволить.

Говоря так, она чувствовала, что начинает ненавидеть этого графа. Тони был прав — это человек не только порочный, он злой, он приносит несчастье. Если бы Минерва могла убить его за то, что он сделал с ее братом, она не колебалась бы ни минуты.

Помолчав, она заговорила:

— Ты уверен, что он не примет твоего отказа, если поймет, как мы бедны?

— Думаешь, его это волнует? — усмехнулся Тони. — Он совершенно безжалостный человек. Все вокруг говорят, что ему не ведома жалость ни к кому, кроме себя.

— Как же ты мог стать другом такого человека? — спросила Минерва, хотя ответ был ясен.

Такой человек, как граф, был вызовом для Тони. Он имел все — деньги, лошадей, успех, причем не только в обществе, но и на бегах, успех во всем, что бы он ни предпринимал. Ко всему прочему, он был везучим. Ему посчастливилось получить замок, хотя у него уже было несколько домов.

Ему посчастливилось выиграть у всех своих друзей, которые (в этом Минерва была уверена) вполне могли бы оплатить проигрыш, не впадая ради этого в нищету, как Тони.

Тони поднялся.

— Я знаю, о чем ты думаешь. Я должен пойти к графу и умолять его простить мне долг ради тебя, Дэвида и Люси, — произнес он. — Клянусь, я бы так и сделал, будь на его месте другой человек.

— Но не граф! — сказала Минерва.

— Во-первых, я уверен, что он просто посмеется надо мной, — признался Тони. — Во-вторых, он предаст эту историю огласке, у меня не останется друзей и я никогда больше не смогу показаться в Лондоне.

Минерва вскрикнула.