Он никак не мог взять в толк, чем Элайна так прельстила его. Волосы каштановые. Оттенок, правда, красивый, медный, но ведь Дункан всегда предпочитал блондинок. Глаза большие, серые, как дождливый день. А он любил зеленоглазых. Нос маленький и прямой, это хорошо. Губы сердечком, четко очерченные и полные. Дункан никогда не видел таких губ. Они пробуждали в нем безудержное желание.

Это желание подогревали и приятели Дункана, сидевшие за праздничным столом. Они добродушно подтрунивали, говоря о первой брачной ночи, и отпускали недвусмысленные шутки. В Дункане все сильнее разгорался огонь, и никакой эль не мог затушить его. Дункан мечтал оказаться в постели со своей юной женой, поэтому явное равнодушие к нему Элайны приводило его в ярость.

— Не прожги на ней дырку своими глазищами! Ишь как смотрит! Иди-ка лучше окунись в озере, может, остынешь.

Оторвав взгляд от жены, Дункан посмотрел на сидевшего рядом с ним молодого мужчину. Огненно-рыжий, такой же высокий и широкоплечий, как и он сам, Аллистер был не только его кузеном, но и верным другом. По крайней мере до недавнего времени. В последние годы, когда отец возложил на Дункана часть обязанностей главы клана, они с Аллистером несколько отдалились друг от друга. Дел становилось все больше, поэтому почти не оставалось времени на развлечения, в частности на охоту, куда прежде они отправлялись с Аллистером, Эльфрид и Шинейд. А вот эти трое в отсутствие Дункана еще теснее сблизились.

— Нет, холодной водичкой его не остудить, Элли, — насмешливо прошептала Эльфрид и обменялась с Шинейд многозначительным взглядом.

— Эльфрид права, — ухмыльнулась Шинейд. — Думаю, этот огонь можно погасить лишь тем, чем мой братишка скоро и займется со своей женушкой.