– Привет, мистер Р., – сказал Робби.

– Здравствуйте, мистер Роулендс, – сказала Тамара, а Бри помахала отцу рукой.

Папа с изумлением огляделся, будто хотел убедиться, что это в самом деле его кухня. Улыбнувшись нам, он вышел. Мы с Бри усмехнулись, потому что знали: скоро он вспомнит, за чем приходил, и вернется. Он работал в одном исследовательском институте компании IBM, и там его считали гениальным. А дома он был как маленький ребенок. Так и ходил с незавязанными шнурками на ботинках и не имел никакого представления о времени.

Я перемешала грибы с овощами на блюде и накрыла его фольгой, потом взяла четыре картофелины и положила их в мойку.

– Хорошо, что у нас готовит мама, – заметила Тамара. – Так вот, Кэл провожал из школы Сьюзен Герберт, Рейвин Мельцер и Дженис, – перечислила она, загибая пальцы.

– Дженис Юто? – удивилась я, ставя блюдо в духовку. – И ведь даже не заикнулась об этом! – нахмурилась я и положила еще одну картофелину под струю воды. – Господи, у него даже нет определенного типа, верно? Он берет одну из сектора А, другую из сектора В, а третью из сектора С.

– Ну и ну! – сказал Робби, надевая очки.

Робби настолько близкий мне друг, что я почти не обращала внимания на его внешность и даже не заметила, какой он стал прыщавый. А ведь до седьмого класса он был таким лапочкой.

Бри наморщила лоб.

– Насчет Дженис Юто я совсем ничего не понимаю. Может быть, она помогала ему с уроками?

– Да нет, Дженис на самом деле хорошенькая, – возразила я, – только очень стеснительная. Разве ты не замечала? А вот почему он выбрал Сьюзен Герберт, я не понимаю.

Бри чуть не задохнулась:

– Сьюзен потрясная! Она была моделью в «Гавайи Тропик» в прошлом году!

Я улыбнулась Бри: