Джемма удивленно посмотрела на нее.

— Это просто невероятно! — прошептала она. И повторила: — Не-ве-ро-ят-но!

— Последние семь лет я провела, кажется, во всех европейских дворах, отбиваясь от тамошних распутников, в ожидании его возвращения домой. И что же он сделал? Решил, что мы женаты не по-настоящему!

— Но почему же он не упал прямо в твою постель — девственник он или нет?

Исидора и сама не знала. Мужчины домогались ее с того времени, как ей исполнилось шестнадцать лет, но с тех пор она не сильно изменилась: те же черные волосы, бледная кожа, роскошный бюст. Одним словом, она весьма напоминает Венеру, но при этом она настолько очаровательна, что мужчины буквально сходят по ней с ума.

— Можно предположить, что Козуэя привлекают экзотические женщины, — продолжала Джемма. — И ты совсем не похожа на англичанку. У тебя такие красивые глаза удивительной формы, не то что наши глазки, напоминающие мелкие изюмины.

— Но я не считаю свою внешность экзотической, — сказала Исидора. — Кстати, у меня сложилось впечатление, что ему хочется иметь дело с женщиной, которая хорошо разбирается в домашних делах.

— Не думаю, что тебе следует впадать в панику, Исидора. Полагаю, ты не на шутку очаровала Козуэя, и он хочет провести церемонию бракосочетания с участием епископа, чтобы выразить глубочайшее уважение к тебе.

— Создается впечатление, что он выведен из состояния равновесия, — спокойно проговорила Исидора. — Наверное, все дело в африканском солнце. Да, мы заключили брак по доверенности, но он действителен и сегодня. Мне было всего двенадцать лет, однако я все прекрасно помню.

— Что ж, — с улыбкой сказала Джемма, — возможно, герцогу хочется устроить романтическую церемонию сейчас, когда он вернулся.