
И даже лентяйка Кристина поняла, как это — работать с удовольствием. Потому что, невзирая на извечную свою нелюбовь к земле и свежему воздуху, с нескрываемым удовольствием и даже восторгом копалась на грядках, собирая клубнику или обрывая с ее кустиков лишние "усы", поливала огурцы и помидоры, ревностно приглядывая, чтобы росли правильно, чтобы оплетали специально для опоры воткнутые в землю ветки или лучины. А потом, вволю накопавшись в огороде, они с Валеркой удалялись в скромный домик для полуденной сиесты…
Однажды в самый разгар "сиесты", как раз тогда, когда влюбленные были распалены любовной прелюдией настолько, что буквально готовы были пожрать друг друга, в смысле, просто не мыслили уже возможности существовать отдельно друг от друга, когда срочно, не медля ни мгновения, необходимо уже было слиться воедино, забыться в жарких объятиях, когда только-только приступили к самому важному моменту физической любви, под окном дома раздался голос соседки тети Зои.
— Валерик!
Соседка была не в меру любопытной особой. И при этом, как следствие, большой сплетницей. Почему-то все любопытные ужасно любят делиться увиденным-услышанным с остальным человечеством. Валера, а вслед за ним и Кристина, терпеть ее не могли за невероятную приставучесть. Без конца заходила на участок, словно бы узнать, где рассаду брали, или чем поливают помидоры, чтобы на них мучнистая роса не напала, а сама так и зыркала по сторонам: мол, чем это вы тут без меня занимались? Уж что ей понадобилось на сей раз — неизвестно, однако и Валера, и Кристина прекрасно понимали, что если сейчас не ответить, любопытная варвара непременно притащится в дом.
