– Ничего тут нет очевидного, - сказала она.

– Ну, теперь ты пропал, - посмеиваясь, заметил Джон. Он развернул утренний выпуск «Тайме» и откинулся в кресле.

– Ты же еще не пробовал брак, - заметила Франческа. - Так откуда же тебе знать, есть у тебя талант к нему или нет?

Майкл сумел изобразить самодовольную ухмылку:

– По-моему, это вполне ясно для всех, кто меня знает. Кроме того, какая мне необходимость жениться? У меня нет ни титула, ни собственности…

– У тебя есть собственность, - перебил его Джон, доказывая тем самым, что он хоть и спрятался за своей газетой, а к разговору прислушивается.

– Очень небольшая собственность, - уточнил Майкл, - которую я буду только счастлив оставить вашим детям, тем более что собственность эта была выделена мне Джоном.

Франческа бросила взгляд на мужа. Майкл совершенно точно знал, что она сейчас думает: Джон выделил ему эту собственность, потому что хотел, чтобы у брата было что-то - ну, цель в жизни. Когда Майкл уволился из армии несколько лет назад, он оказался совершенно не у дел. И хотя Джон никогда не говорил об этом прямо, Майкл знал, что его двоюродный брат чувствует себя виноватым из-за того, что не сражался за Англию на континенте, что оставался дома, в то время как Майкл подвергался опасности.

Но Джон был наследником графского титула. Его долгом было жениться, плодиться и размножаться. Никто и не ждал, что он отправится на войну.

Майклу не раз приходило в голову, что пресловутая собственность - небольшое поместье, довольно-таки красивый и удобный дом и двадцать акров земли - была для Джона чем-то вроде епитимьи, которую он сам на себя наложил. И он подозревал, что Франческа того же мнения.

Но она никогда не спросит мужа об этом. Франческа удивительно хорошо понимала мужчин - возможно, из-за того, что выросла с братьями. Франческа знала совершенно точно, чего не следует спрашивать у мужчины.