- Учти, тебе будет тоскливо одной в таком большом доме, Эсма. Пусти жильца.

Мистер Эмос Кэрри нервно тер пальцем левую бровь - привычка, свидетельствующая о природной застенчивости.

- Мне нужна комната, - сказал он, и она отметила, что запонки у него золотые и тщательно начищены ботинки. - Мне объяснили в бюро... здесь... сдается комната с завтраком.

- Не знаю ни про какое бюро. Вы, видимо, ошиблись адресом.

Он вытащил затрепанную записную книжку.

- Садовая улица, 23.

- А... Нет, у нас... - она поправилась, - у меня - Садовая Аллея, 23.

Лицо и шею ему красным чернильным пятном стала заливать краска, он ослабил пальцем ворот, и ей сделалось его даже жалко, она даже расстроилась.

- Это легко спутать, вполне простительная ошибка, мистер... Ничего, вы...

- ...Кэрри. Эмос Кэрри.

- ...не смущайтесь, пожалуйста.

- Я ищу тихую комнату, с завтраком. Я уж рассчитывал. Садовая улица. Такой приятный адрес.

Она подумала - он аккуратный, чистый, элегантный, на переднем зубе золотая коронка, и он в перчатках. Мама всегда любила, когда мужчина в перчатках. "Их теперь почти никто не носит. Зато по перчаткам и шляпе сразу отличишь приличного человека".

Шляпа у мистера Кэрри тоже была.

- Прошу прощенья, мадам, мне так... я бы не стал беспокоить...

- Нет... ну, что вы...

- Пойду поищу Садовую улицу, 23...

- Это сразу за углом, налево, тут совсем рядом. Там очень тихо.

- Как здесь. Здесь тоже тихо. Я уж думал, какой подходящий дом, я бы... По-моему, это сразу видно... дом такой... Вы уж извините.

Он опустил шляпу на аккуратные седые волосы, затем снова вежливо приподнял и пошел прочь.

Она быстро глотнула воздуху. И сказала: