— Это и есть вуалехвостые сумчатые хомяки? — деловито осведомилась Маша.

— Именно так, — подтвердила Карина. — Вы не пугайтесь, что не все они соответствуют описанию. Просто некоторые еще не доросли.

— А почему они называются сумчатыми? — заинтересовалась я.

— У взрослых особей на животе имеется жировая складка, — охотно объяснила заводчица. — А вы тоже хотите заняться разведением?

Не усмотрев в ее тоне профессиональной ревности, мы кивнули. Карина одарила нас лучезарной улыбкой.

— Это правильно. Очень хорошее занятие для женщины. Времени не отнимает, а денег приносит — ого-го!

Я смотрела в пол, чтобы не встретиться с победным взглядом торжествующей Марии.

В тот вечер мы обе долго не могли уснуть. Чаевничали на кухне, потом решили, что новое начинание достойно более масштабных посиделок, и откупорили бутылочку белого вина. Все, как в старые добрые времена, — ночные посиделки в пижамах, приглушенные смешки, криво нарезанный сыр на тарелочке, куча планов и даже, как ни странно, перспектив.

В стареньком аквариуме на подоконнике мирно хрустели морковкой хомяки.

— Золотые вы наши. — Маша никак не могла уняться, все время подходила к аквариуму, дабы нарушить покой грызунов настойчивым постукиванием акрилового ногтя по стеклу. — Еще чуть-чуть, и вы поможете нам обогатиться!

— А сколько длится беременность у хомяков? — спросила я.

— Наверное, месяца два, — нахмурившись, выдала Маша. — Подумать только, через пару месяцев в этом самом аквариуме появятся милые создания, которых можно будет обменять хоть на дизайнерские туфли, хоть на килограмм черной икры!

— Сплюнь три раза, — на всякий случай предостерегла я. — Вдруг они не полюбят друг друга и вообще откажутся размножаться?

Знала бы я тогда, каков масштаб катастрофы, которая ожидает нас, лучше бы промолчала. И, пока не поздно, отнесла бы милых созданий обратно, в питомник приветливой блондинки.