– Вот и делай, – легко предложила Рита.

– Аборт делать? – не поверила Алина.

Маша, находившаяся в том же физическом, но несоизмеримо лучшем материальном положении, ахнула:

– Ритка, ты что несешь? Это же живая душа.

– Маня, а кто его воспитывать будет? Ты? У твоего ребенка будет папа, дедушка-олигарх и прочие причиндалы. Да с таким дедом можно вообще хоть троих от разных мужиков нарожать – не пропадешь! А этой курице что делать? Мужа нет, денег нет, родители помочь деньгами не смогут. То есть она пополнит армию матерей-одиночек, будет горбатиться, зарабатывая на сандалики, панамки и памперсы, и робко надеяться, что однажды повезет, и ее, дуру набитую, возьмет замуж какой-нибудь хороший человек, случайно перебежавший ей дорогу. По статистике везет десяти процентам из ста! Как думаешь, много у нашей кулемы шансов попасть в десятку?

– Откуда ты про статистику знаешь? – дрогнувшим голосом поинтересовалась Алина.

– Да, откуда? – вторила ей Маша, воодушевленная перспективой спасти душу и не дать свершиться ошибке.

– Я читаю правильные книжки, – снисходительно пояснила Рита. – И стою на земле, а не мельтешу крылышками в облаках.

– Как хочешь, но это убийство, – парировала Маша. – И плевала я на статистику. Жизнь дается не нами и не нам решать…

– Если я правильно понимаю, то жизнь была дана Аполлоном, а он свое мнение в денежном эквиваленте с комментарием уже выдал, – мрачно напомнила Рита.

– Я его выращу, воспитаю. И однажды он встретит своего отца, и тот поймет, как страшно ошибся, – посветлела лицом Алина.

Маша испуганно моргнула, а Рита яростно выпалила:

– Тьфу на вас! Две дуры! А ты, Манька, со своими советами, лучше бы дома сидела. Легко экспериментировать с чужой судьбой. Это тебе папаша все подкорректирует, если что не так! А этой самой придется выплывать. Судя по бреду, который я только что услышала, плавать наша барышня не умеет.