Леди Эвелина и ее сын направились к ним, и у Фаро гулко забилось сердце.

— Дамы, — начала леди Эвелина, приблизившись к компании, — я с огромным удовольствием представляю вам моего сына, лорда Уатта. — Она с улыбкой повернулась к Каролине. — Уатт, ты уже знаком с миссис Ньюэл, а это мои милые подруги, миссис Каролина Карстерс и мисс Фаро Берк.

Лорд Уатт посмотрел на Фаро и произнес обычное:

— Рад познакомиться с вами, леди.

Она почувствовала, что у нее пересохло во рту. Его вид отнюдь не свидетельствовал, что ему приятно новое знакомство. Его чувственные губы изогнулись в вежливой улыбке, но у нее сразу возникло чувство, что с первого взгляда он невзлюбил ее.

Ей почему-то не хотелось, чтобы этот человек стал ее врагом.

У Фаро возникло странное ощущение. Она ничего не знала о лорде Уатте, кроме того, что многие в Лондоне считают его загадочным, слишком рациональным и серьезным, чтобы позволять себе появляться на бесконечных вечеринках и приемах, которыми наполнена жизнь светского человека. Что касается рациональности, это весьма убедительно подтверждалось. Он не походил на человека, который улыбается легко или часто. И она полагала, что такова его натура. В нем чувствовались спокойная уверенность и сила, приобретенные скорее опытом, чем по праву рождения. Ей было странно, что человек, рожденный в комфорте блэкбернского особняка, имеет столь суровый характер.

— Мисс Берк обладает удивительным талантом, — проговорила миссис Ньюэл. — Она ясновидящая.

— Я слышал, — ответил Уатт, не сводя глаз с Фаро. Голос его, глубокий, красивого тембра, звучал с почти гипнотической силой. — У вас необычное имя, мисс Берк. Откуда оно?

— Это все причуды ее отца, — вмешалась Каролина. — Мисс Берк мне все рассказала. Барон Ротвелл назвал детей в честь своих любимых увлечений: Фаро