Сюжет получился настолько ярким, что его тут же включили в информационную программу канала, и Анну приняли на работу в отдел новостей. Ее имя стало мелькать в репортажах все чаще, а вскоре и телезрители начали узнавать ее в лицо, встречая на улице, просить автограф, интересоваться, чем она планирует заниматься, рассказывать ей о своем, наболевшем. К тридцати трем годам Анна успела достичь многого, хотя ей еще было к чему стремиться, и упорно продолжала заниматься карьерой. И все шло гладко, пока на ТВР не появился Сергей Воронцов.

Телефонный звонок прервал ее размышления.

— Анечка, здравствуй! — услышала она хорошо знакомый мужской голос.

Анна вздохнула. Конечно, это снова звонил Алексей, Лешка Шепелев, ее друг детства, ныне работающий в юридической фирме. Анне он нравился: добрый, покладистый, понимающий. Ему всегда можно было рассказать все. Не то чтобы он был для нее жилеткой, в которую можно поплакаться, — Анну вообще никто никогда не видел плачущей — просто он знал ее лучше, чем кто‑либо другой, и всегда чувствовал, что творится в ее душе.

Однако в последнее время Леша почему‑то вообразил себе, что его отношения с Анной обязательно должны перерасти в нечто большее, чем дружба, а это ей претило. Анна отнюдь не была законченной карьеристкой, но все‑таки работа значила для нее больше, чем личная жизнь. В тридцать три года она все еще не помышляла о замужестве, ее вполне устраивало холостяцкое существование.

— Анечка, как дела? Почему молчишь? Тебя что‑то расстроило?

Внезапно Анна почувствовала такую усталость, что какое‑то время не смогла с собой справиться. Видели бы ее сейчас коллеги! Анна Черкасова, эта «железная женщина», как ее прозвали в отделе, сидела, забившись в самый дальний угол дивана, и глотала слезы. Но не зря же мы говорили, что никто никогда не видел ее плачущей: свои слезы Анна всегда держала при себе.