Но сегодняшняя пятница показалась ей особенно напряженной, очевидно из-за того, что она все время ожидала появления Чарлза, готового к продолжению ссоры.

— Господи, да чем ты недовольна, Тильда? — воскликнула Сузан, официантка. — Подумаешь, две смены! Скажи спасибо, что не приходится вставать к утренней.

— Да я бы и не жаловалась, но ноги гудят невыносимо. Даже жар плиты так не донимает, как постоянное стояние на ногах, — почти простонала Матильда.

— Кстати, там твой знакомый заказал пару гамбургеров и просил передать тебе привет, — вспомнила Сузан.

— Знакомый? Какой знакомый?

— Какой-какой, не прикидывайся. С которым ты упорхнула после своего звездного выступления. Кстати, ты знаешь, что Милли уже звонила и сообщила, что выздоровела и готова вернуться к своим обязанностям?

— Правда? Утерли-таки ей нос, значит! — обрадовалась Матильда и повернулась обратно к плите.

Спустя полчаса наступило небольшое затишье. Она вышла в зал и увидела Рэнди, доедающего гамбургер.

— Здравствуй! — приветствовала его раскрасневшаяся девушка. — Как тебе мое произведение?

— Привет! Изумительно, правда изумительно! В жизни не пробовал ничего лучше.

— Сделать еще, специально для тебя?

— С удовольствием, но только один, а то я со стула не смогу встать. Как прошел день? Есть неприятности? — поинтересовался Фрейзер, приглашая ее сесть рядом.

— Никаких, кроме уставших ног.

— Значит, визитов рассерженных родственников не было. Когда ты заканчиваешь?

— Минут через сорок — сорок пять. Но ты не волнуйся. Сегодня мне телохранитель не понадобится. И таксист тоже, — улыбнулась она.