Время не ждет. Ее биологические часы неумолимо отсчитывают минуту за минутой. С этого момента она раз и навсегда перестает возлагать хоть какие-то надежды на человека, который много лет назад жестоко бросил ее, без тени сомнения разрушив их общие планы.

Отныне она будет воспринимать Хантера не как мужчину, а как привидение из прошлого и научится легко проходить сквозь него.

Но когда усталость уже под самое утро все-таки заставила Клер наконец смежить отяжелевшие веки, странный, волнующий призрак проник в ее чуткий сон. Он дразнил воображение, заставлял метаться по простыням в неясных и смутных желаниях. Клер затихла, только когда поняла, что это Хантер пришел во сне успокоить ее измученную душу. Ей снилось, что она спит в кольце сильных, надежных рук.

Хантер был уже на ногах. Этот факт так поразил Клер, что она замерла в дверях кухни, несколько секунд внимательно изучая открывшуюся глазам непривычную картину.

Он, развернув перед собой утреннюю газету, удобно расположился на стуле с чашкой кофе в руке. Свежая белая футболка была, пожалуй, чуть маловата и слишком рельефно обтягивала мощные плечи и выпуклые бицепсы.

Клер хмыкнула, пытаясь скрыть от самой себя впечатление, которое произвело на нее присутствие в доме мужчины в столь ранний час.

Хантер продолжал внимательно читать газету. Длинные ноги не уместились под столом, и он вытянул их, открыв взору Клер босые ступни в шлепанцах. Он выглядел недопустимо по-домашнему.

— Что-то ты рано проснулся, — сказала она, входя в кухню.

— О, привет, — он быстро поднял голову и обаятельно улыбнулся. — Не мог заснуть.

Клер кивнула и внезапно устыдилась своих мыслей. Как она могла забыть об истинной причине, по которой Хантер оказался сегодня в ее кухне. Она вспомнила, как сама переживала несколько лет назад смерть мамы. Горькая, всепоглощающая боль утраты — тем более страшная, что никто не может разделить ее с тобой, — не дает спать, мешает дышать и жить. Сколько времени еще Хантеру придется носить ее в душе…