Если поможет нам Зевс крепкостенную Трою разрушить".

130 Сыну Пелея в ответ сказал Агамемнон владыка:

"Доблестен ты, Ахиллес, на бессмертных похожий, - однако

Полно лукавить: меня провести иль склонить не сумеешь!

Хочешь, чтоб сам обладал ты наградой, а я, обойденный,

Так, без нее бы сидел? И велишь, чтобы эту отдал я?

135 Пусть же ахейцы меня удовольствуют новой наградой,

Столь же приятною сердцу, вполне равноценною с первой.

Если же в том мне откажут, то сам я приду и награду

Или твою заберу, иль Аяксову, иль Одиссея

Дать заставлю; и рад тот не будет, к кому я явлюся!

140 Все это, впрочем, подробно обдумать мы сможем и после.

Нынче же черный корабль на священное море мы спустим,

Выберем тщательно лучших гребцов, гекатомбу поставим

И Хрисеиду посадим, прекрасноланитную деву.

Станет один во главе кто-нибудь, разумный в советах, -

145 Идоменей, Одиссей ли божественный, храбрый Аякс ли,

Или и сам ты, Пелид, ужаснейший между мужами,

С тем, чтобы жертвою к нам Дальновержца на милость подвигнуть".

Гневно взглянув на него, отвечал Ахиллес быстроногий:

"Эх, ты, в бесстыдство одетый, о выгоде все твои думы!

150 Кто из ахейцев захочет твои предложения слушать -

В путь отправляться какой-то иль храбро с врагами сражаться?

Я за себя ли пришел, чтобы против троян-копьеборцев

Здесь воевать? Предо мною ни в чем не повинны троянцы.

Ни лошадей, ни коров у меня ведь они не угнали, -

155 В счастливой Фтии моей, многолюдной, плодами богатой,

Нив никогда не топтали; безмерные нас разделяют

Горы, покрытые лесом, и шумные воды морские.

Нет, для тебя мы, бесстыдник, пришли, чтобы ты был доволен,

Честь Менелая блюдем и твою, образина собачья!