Кому можно доверять?

Все пятьдесят советников Марии стояли передо мной на коленях, с непокрытыми головами, готовые по моему слову вывернуться наизнанку. Еще бы, ведь место в совете или при дворе — безусловно власть. А власть — это уважение, уважение — это деньги, деньги — это власть, для тех, кого я пожелаю к себе приблизить.

Кому можно доверять? Как поведут себя Дерби, Шрусбери, Арундел, Нортемберленд, Уэстерморленд, великие лорды Севера, католики до мозга костей, враждебные ко всему, что связано с именем «Болейн», — станут ли они служить женщине и еретичке? Я не могу разом прогнать всех Марииных людей. Но, быть может, выход — разбавить их своими родичами и единоверцами, ввести в совет моего двоюродного деда Говарда, кузенов Фрэнсиса Ноллиса и Генри Кэри, столь же крепких в новой вере, как эти лорды — в старой? Кого-то я могу возвысить сама — Сэсил упомянул своего свояка, умного законоведа и члена парламента, сэра Николаса Бэкона, — надо бы с ним поговорить…

Кому-то из старых знакомцев придется уйти — тому же Паджету, этой ядовитой жабе, Ричу!

А как с остальными?

Это не к спеху!

— Милорды, — промолвила я со сладчайшей улыбкой, — вы видите меня перед собой — простую девушку, Божью девственницу, руководимую нынче Им одним. Многолюдство порождает сумятицу — мне нужен совет, с которым я сумею сладить, маленький совет по моим скромным нуждам. И вскоре я его назначу.

К вашим услугам, милорды, я прибегну по мере надобности. Однако вам, сэр Вильям, — я шагнула к Сесилу и взяла его за руку, — я поручаю возглавить совет и, не щадя живота, трудиться на благо мое и моего королевства.

Я знаю — вы неподкупны и всегда будете руководствоваться соображениями полезности.

Знаю и то, что могу положиться на вашу деликатность, и обещаю вам свою. Разрешаю вам вести переговоры по своему усмотрению, здесь и за границей, с врагом и с другом, представлять меня во всех делах. Облекаю вас соответствующей властью.