Что-то в том, как Екатерина повернула бледное, словно примула, лицо к моему лорду - это мой лорд, слышишь, Екатерина! - ив том, как он с улыбкой внимает ее словам, задело меня за. живое.

- Ее Величество королева!

При выкрике герольдов он резко выпрямился и очутился рядом со мной.

- Ваша Светлейшая милость!

Я не утерпела, яд так и брызгал из меня:

- None vien ingannato, se поп che si fida!

За спиной у меня Мария Сидни, сестра Робина, и Джейн Сеймур деликатно отступили на несколько шагов. Глаза у Робина расширились, словно от сильной боли. Он медленно повторил:

- "Кто слишком доверяет, бывает обманут"?

Вы слишком мне доверяли? Доверяли? И обмануты - мною? Миледи, чем я заслужил подобный упрек?

Я злилась на него и еще больше на себя.

- Ничем! Прикажите музыкантам, пусть играют! Пусть все танцуют!

Он покачал головой, все еще недоумевая.

- Конечно, Ваше Величество... - Оглянулся на Екатерину - она ластилась к графу Гертфорду еще нежнее, чем за минуту до того к Робину. Лицо его потемнело. - На вашу пословицу, мадам, я отвечу другой! Chi ama, crede кто любит, верит!

- Chi ama... - Я взорвалась:

- Это ложь!

Chi ama, tene! Кто любит, страшится! Всегда!

Всегда, всегда! - И, к своей ярости, разразилась слезами.

Он стремительно шагнул вперед и схватил меня за руку.

- Освободите зал! - крикнул он лорду-гофмейстеру. - Ее Величество удаляется!

Стража ринулась вперед и расчистила мне путь сквозь толпу.

- Идемте, миледи!

Подняв голову, кивая и улыбаясь по сторонам, словно все в порядке, Робин быстро провел меня через толпу в смежную комнату.