И только тут Танзи заметила, что по обе стороны двери стоят вооруженные люди, на лицах которых было написано удивление и недоумение, и она внезапно поняла, что человек, которого она расспрашивала, – король. Сердце у нее забилось, и несмотря на совершенно неподходящий туалет, она присела в реверансе, который, по ее представлениям, соответствовал придворному этикету. Однако король уже забыл о ее существовании. Выхватив из ножен кинжал, висевший у него на поясе, он поспешно разрезал ленту и начал читать донесение, которое, видимо, очень ждал.

– Наши предположения оправдались, Фрэнсис, – сказал он. – Генрих Тюдор движется к Лондону по Старой Римской Дороге.

– Вот что значит иметь военный опыт и хороших шпионов, – рассмеялся Фрэнсис Лоуэлл, красивый молодой человек, стоявший рядом с королем. – А Норфолк был уверен, что он пойдет по прямой, на юг, через Глостер.

– Не имеет значения, по какой дороге движется этот коварный Тюдор, он будет в Лестере через пару дней, – заметил герцог Норфолк.

– Нам не нужно устраивать битву в Лестере. Завтра же мы выступим на запад и встретим его по дороге сюда, – решительно сказал Ричард Плантагенет. – Если уж нам не избежать сражения, найдите большое открытое поле.

Танзи с большим облегчением выскользнула из двери, около которой толпился народ, и побежала вниз. Роза в это время руководила приготовлением ужина для гостей. Танзи нашла отца в маленькой комнатушке, служившей ему кабинетом, за подсчетом непредвиденных расходов и составлением счета для королевского казначея.

– Я видела его! – возбужденно закричала она с порога.

– Сено и овес для лошадей, еще хлеб, положим, полтора эйнджела. Два нобеля на провизию, – бормотал Марш, орудуя брызгающим во все стороны пером. – Его Величество оказывает мне честь, согласившись остановиться в моем доме!

– Я разговаривала с ним. – Танзи старалась привлечь к себе внимание отца. – Он совсем не такой, каким я его себе представляла.