— О нет, нет! — заторопилась Люси. — Я пойду пешком.

— Но с такими деньгами?..

— Я возьму такси, если захочу, — сказала она, задыхаясь.

Оба джентльмена с поклонами проводили ее до выхода из магазина, молодой помощник шагал впереди, чтобы открыть ей дверь, а пожилой ювелир низко кланялся, пока она не переступила порог.

За всей этой церемонией наблюдал стоявший в стороне незнакомец, прервавший беседу Люси с пожилым ювелиром, а другой покупатель, довольно вульгарного вида, в кричащем костюме, с цветком в петлице, объяснявший, что хочет купить подарок для леди, тоже не сводил с них глаз.

Выйдя из магазина, Люси почувствовала себя так, будто она летит по воздуху. Впервые в жизни при ней была огромная сумма денег, правда, не ее собственных, но лежавших в ее сумочке, и впервые в жизни мужчина так смотрел на нее, что она, наверно, никогда не сможет его забыть.

Люси не могла сказать, что он смотрел на нее с восхищением, не могла даже утверждать, что в его взгляде был какой-то особый интерес. Он просто смотрел на нее, а она в это время словно таяла и испытывала глубокое, ни с чем не сравнимое замешательство и неуверенность. И когда она запихивала трясущимися руками деньги в сумочку, и когда выходила из магазина, она знала, ощущала затылком, что незнакомец следит за каждым ее движением.

Она шла, не отдавая себе отчета куда и зачем, и единственное, что она делала сознательно, — это крепко прижимала сумочку к груди, чтобы никто не мог ее отобрать.

«Кто он? Кто? — спрашивала она себя. — И почему он так на меня смотрел?»

Мимо медленно ползло такси, и в голове у нее пронеслась мысль, что, пожалуй, ей следует его остановить. Она оглянулась, надеясь увидеть другое такси, которое, может быть, следует за первым, и вдруг кто-то крепко схватил ее за руку и увлек в боковую улочку.