Вилла Македонии, чье местонахождение мог объяснить Феодоре первый встречный, располагалась в самой лучшей части города Антиохии. Это было большое строение из мрамора посреди зеленого, цветущего сада с террасами, за которым круто обрывался берег Оронта. Сердце Феодоры забилось чаще, когда перед ней открылось все это великолепие и роскошь. Как хорошо, должно быть, жить посреди такого блеска!.

В этом раю Македония должна была чувствовать себя в безопасности, и Феодора поняла это, когда робко и боязливо попыталась приблизиться к тяжелым воротам.

Ей навстречу вышел коренастый привратник с толстой палкой.

– Ты ищешь женские покои? Наверняка собираешься клянчить или украсть что-нибудь? Пошла вон отсюда, да побыстрее!

Девушка попыталась освободиться от цепкой хватки привратника, сжимавшего ее плечо.

– Я не собираюсь ничего клянчить и красть, – прокричала она, – мне нужно лишь навестить Македонию. Я ее подруга и приехала издалека.

Если она полагала, что это произведет впечатление на привратника, то глубоко заблуждалась. Он лишь рассмеялся.

– Навестить Македонию. И больше ничего? И ты ее подруга, не так ли? А знаешь, кто такой я? Я – наместник! Пошла вон, воровка, иначе я натравлю на тебя собак.

– Нет, нет, умоляю тебя! Мне нужно повидать Македонию. Скажи ей, что здесь стоит Феодора, спроси ее.

– Я сказал тебе, пошла вон! У меня нет никакого желания отведать плети из-за какой-то сумасшедшей. Уйдешь ты в конце концов?

Он уже поднял палку, чтобы ударить ее, когда на улице показались украшенные пурпуром носилки, которые несли четыре огромных нубийца. Какая-то женщина отдернула занавеску и властно спросила:

– В чем дело, Друс, за что ты хочешь ударить эту женщину? Привратнику не хватило времени ответить. Феодора подскочила к носилкам и завладела рукой госпожи.