Господина Венсана Франсуа нашел в аптеке; тот, засучив рукава и обнажив мускулистые руки, перемешивал с глиной капустные листья. К сожалению, господин Венсан был не один; Франсуа совсем не хотел встречаться с молодым человеком, находившимся здесь же. Именно его зычный голос зазвучал, когда в помещение зашел герцог:

— Смотрите, кто к нам пожаловал, господин Венсан! Солнце красавиц Парижа, много недель не восходившее на небосвод! Где же вы пропадали, дорогой мой герцог?

Герцог де Бофор с глубоким почтением поклонился хозяину дома, прежде чем ответил:

— Если бы я знал, что встречу здесь вас, господин остроумец, то появился бы здесь позже.

Не прерывая работу, Венсан де Поль рассмеялся.

— Отличное начало! Все-таки, дети мои, не путайте дом Господень с Королевской площадью! Добро пожаловать, Франсуа! Давненько вас не видел. А вы, мой мальчик, уступите Франсуа свое место!

У господина Венсана был грудной, грубоватый голос; но этот успокаивающий и такой проникновенный голос окрашивал веселый гасконский выговор.

— Вот что, значит, быть герцогом! — вздохнул молодой человек, к кому обратился господин Венсан, но Бофор пожал плечами, ничуть не обманываясь на счет этой притворной скромности. Он хорошо знал Поля Франсуа Жана де Гонди, племянника архиепископа Парижского и брата здравствующего герцога де Реца, знал с детства, когда они не раз вместе проводили беззаботные летние дни на острове Бель-Иль. Но Бофору он никогда не был приятен. Но, конечно, не из-за его необычной внешности. Гонди был маленький, смуглый, кривоногий, с носом картошкой, с вечно растрепанными волосами, такой неуклюжий, что его неловкость почти вошла в поговорку, ибо сам он не мог даже застегнуть пуговицы на камзоле, — а из-за его живого, острого как бритва ума, сверкающего в черных глазах. Очень набожный отец предназначал Поля де Гонди на служение церкви; но тот продолжал свои богословские занятия, затаив мысль никогда не принимать сан священника: слишком он любил удовольствия и женщин! Все знали, по крайней мере, двух его любовниц: принцессу де Гемене, что была на двадцать лет его старше, и хорошенькую молодую герцогиню де Ла Мейере, чей супруг командовал артиллерией.