Новый порыв ветра принес запах сосновой смолы и слабый дымок очага. Дайрмид вдохнул полной грудью и прислушался – тишину над холмами нарушал только мерный стук копыт, бормотание невидимого глазу ручейка да шелест волнуемой ветром травы. Сердце горца смягчилось: как прекрасна родная Шотландия! Довольно мучиться угрызениями совести и предаваться отчаянию. В конце концов, он шотландский лэрд, для которого святы честь и долг. Он поклялся на Святом писании верно служить своему королю и – господь свидетель – сдержит слово!

Проницательный Мунго, казалось, насквозь видел своего хозяина и друга.

– Что, все думаешь о королевском поручении? – усмехнулся он. – Знаю, оно тебе не по душе, но благодаря ему ты получил возможность вернуться в Даншен. Ведь ты так стремился домой!

– Это верно, – вздохнул Дайрмид. – Кроме того, Гэвин Фолкенер убедил меня, что это в наших общих интересах и что без моей помощи не обойтись. Он умный и добрый малый, я ему верю.

– Да, ума у него палата и слово он держит, хоть и англичанин. Неудивительно, что Гэвин стал одним из ближайших советников Брюса. Король собрал вокруг себя немало достойных мужей с верными сердцами и светлыми головами, и ты в их числе, Дайрмид. Цени!

– Ценю. К сожалению, за милость короля приходится дорого платить, но выбора у меня нет. – Дайрмид снова тяжело вздохнул и попытался пригладить свою буйную каштановую гриву. – Разве иначе я согласился бы шпионить за собственным зятем? Ведь мне придется донести королю на Ранальда Максуина, если выяснится, что он изменил присяге.

– Максуин уверяет, что он вовсе не захватил Глас-Эйлин, а хранит его для короля, как подобает вассалу, – заметил Мунго.

– Но король подозревает его в измене, и я боюсь, как бы не пострадала моя бедная сестра Сорча, если, не дай бог, подозрения Брюса подтвердятся.