Она недоумевающе развела дрожащими руками.

— Тебя интересует, почему Люси дала Лиз деньги?

Пенни медленно кивнула.

— Люси надеялась, что, как только дела с журналом пойдут на лад, ты переедешь к матери. Она хотела почаще видеть тебя.

В лице Пенни не осталось ни кровинки. Вот бы заткнуть уши, чтобы не слышать язвительного голоса Ника. А еще лучше — добраться до своей легкомысленной родительницы и хорошенько встряхнуть ее!

— Я считаю тебя ответственной за все это, — словно подводя черту, заявил Ник. Пенни сгорбилась.

— Честное слово, я ничего не знала о займе.

— Я тебе не верю. В первое же мгновение тебя выдало виноватое смущение. — Ник решительно повернулся к двери. — Что ж, поскольку я ничего не добился здесь, придется идти в полицию.

Пенни резко выпрямилась. Синие глаза с ужасом посмотрели на мужа.

— Ник, нет! Пожалуйста, не делай этого!

Он пожал широкими плечами.

— С помощью слова «пожалуйста» от меня теперь ничего не добиться. Я жажду крови. Мне нужна Лиз. Если ты не в состоянии предоставить ее мне, то я только зря теряю время.

— Если бы она попыталась связаться со мной… — Пенни запнулась, в ее глазах блеснули слезы, — я сказала бы тебе. Клянусь! Конечно, я сделала бы это с тяжелым сердцем, но то, как обошлась Лиз с Люси, возмутительно. Моя мать не должна была…

— Пусть с ней разбирается полиция. С меня довольно!

— Нет! Ты не можешь так поступить!

Она неосознанным жестом протянула руку и попыталась удержать Ника, который уже собирался открыть дверь в коридор. Он надменно взглянул на нее, и в его холодных черных глазах сверкнуло предостережение.

— Не прикасайся ко мне…

У Пенни перехватило дыхание. Она резко убрала пальцы с его рукава, мгновенно припомнив все: их первую брачную ночь, которую он провел в объятиях любовницы, невероятную муку безответной любви. Синие глаза потемнели от боли.