Она замешкалась. Мучительно захотелось обратно, захлопнуть дверь и, спрятавшись за ней, дождаться, пока он уйдет. Но что это ей даст? Все равно рано или поздно придется увидеться с ним, и ожидание этого мгновения только осложнит ее положение.

Прошлой ночью Чарлз дал ей возможность отмолчаться. Однако Франческа знала, что это не совсем так. На самом деле Чарлз рассердился на нее, поэтому был угрюм и молчалив. В подобных случаях он всегда вел себя одинаково. Обычно она отвечала шутками на его мрачную молчаливость и старалась растормошить брата.

Но вчера вечером она просто воспользовалась его настроением. После того как они покинули дом маркиза, она не проронила ни слова, если не считать торопливо брошенного пожелания спокойной ночи уже в отеле. Потом она прошла в свою комнату, закрыла дверь и попыталась осмыслить то, что произошло в саду.

Франческа вздохнула. Никогда в жизни она не вела себя подобным образом. Чем все это объяснить? Да, этот мужчина очень привлекателен, но она знакома с десятками не менее привлекательных мужчин. Они составляли основу нью-йоркского высшего общества. Конечно, не каждый – а может, даже никто – не обладал такой мужественностью, как вчерашний незнакомец, ну и что из того? Она же не наивная мечтательная девочка, которая готова разомлеть от одного вида сексуально привлекательного мужчины.

Однако он заставил ее потерять голову. А вся эта чепуха насчет того, что он почувствовал, впервые увидев ее…

Франческа с отвращением закрыла глаза. Старая песня.

Но если все так – а она была уверена в этом, – тогда почему же она сама упала в его объятия? У нее буквально горела кожа. Почему она растаяла от его прикосновений? Она ведь даже не знает, как его зовут. “Или это просто означает, что ни один мужчина пока не сумел пробудить в вас желания?”

Она широко раскрыла глаза. Голос, звучавший в ее голове, послышался так отчетливо, что на мгновение ей показалось: этот человек здесь, в комнате. Она никогда не забудет его бархатный голос, принадлежащий явно американцу, несмотря на все эти “cara”