До сих пор я сделал всего четыре ошибки. Первая – это то, что вообще впутался в такое дело, пусть даже ради Кейти Хорн. Вторая – что не вышел из игры после того, как нашел Шелушителя Мардо мертвым. Третья – что дал Рашу Меддеру понять, будто в курсе дела. Четвертая и самая большая – это виски.

Оно показалось мне странным на вкус уже тогда, когда я его глотал. А когда в голове у меня вдруг прояснилось, я понял, что видел собственными глазами, как Меддер поменял свой стакан на другой – он поставил его к умывальнику заранее.

Какое-то время я сидел неподвижно с пустым стаканом в руке, стараясь взять себя в руки. Лицо Меддера вдруг начало расплываться и стало похожим на лужу. Жирная улыбка вспыхнула и погасла под усами Чарли Чена, когда Меддер увидел мое состояние. Я полез рукой в карман брюк и достал небрежно сложенный носовой платочек. Завернутый в него небольшой сюрприз не бросился Меддеру в глаза. По крайней мере, когда он полез за пистолетом, было уже поздно.

Я встал, пьяно шатнулся вперед и саданул его прямо по макушке. Меддер упал, попытался подняться, но я ударил его в челюсть. Он обмяк и рукой, которая выскользнула из-под пиджака, перевернул на столе стакан. Я поставил его на место и молча постоял, чувствуя, как внутри у меня нарастает волна тошноты. Голова страшно кружилась.

Я подошел к двери, ведущей в соседнюю комнату и попробовал нажать ручку. Дверь была заперта. Меня уже шатало из стороны в сторону. Я подтянул к входной двери стул и подпер спинкой ручку. Потом оперся о дверь и, тяжело дыша, скрипя зубами и проклиная себя, достал наручники. И вернулся к Меддеру.