Джине вдруг показалось, что ее подруга, вполне возможно, не очень счастливая женщина – что бы там ни говорили знакомые и сама Мэг. Одно дело найти любовника, совсем другое – любимого и любящего человека. И если отбросить все эти штуки вроде «любовь – слишком старая и слишком наивная сказка, чтобы в нее могли верить более-менее успешные женщины» или «самое большое, на что можно рассчитывать, это что парень, с которым тебе хорошо в постели, будет вести себя как твой друг»… Что там, в душе неприступной и распущенной одновременно Мэган, на самом деле связано о словом «любить»? Что… и кто?

– В общем, я довольна. Мой октябрь можно считать удавшимся. Тем более что Майкл пригласил меня в горы на неделю. Но у него – ах, какой кошмар, – нехорошо с сердцем, и он не сможет – ах, какой ужас! – поехать, так что мне придется – бедняжка я, бедняжка! – скучать там в одиночестве. – Мэган говорила это с таким хитрым прищуром, что не оставалось никаких сомнений в ее планах на эти дни. – Ну вот. Считай, что я дала тебе пример. Как у тебя с Виктором?

– Хорошо. Все в порядке. Как всегда.

– Как пресно! Слишком безвкусно, чтобы быть правдой. – Мэган решительно поставила на стол бокал с коктейлем. – Скажешь, вы не ссоритесь?

– Нет…

Джина немного обиделась. Задевает обычно больше всего то, что соответствует действительности.

– И в сексе все прекрасно?

– Да.

– И он тебя не обижает?

– Нет.

– И ты хочешь быть с ним до конца дней?

– Да.

– Черт подери, за кого ты меня принимаешь?! – Мэган ударила ладонями по столу так, что стакан подскочил и обиженно звякнул. – Да если бы это было правдой, передо мной сидела бы самая счастливая женщина на свете! Но я вижу только свою старую подругу, преждевременно замученную жизнью, у которой ни от чего не загорается взгляд.